07.08.2013

«Теория Общественного договора в новейшей истории»


 

Круглый стол:

«Теория Общественного договора в новейшей истории»

 

 

Обоснование мероприятия:

Круглый стол проводится с целью обсуждения теории Общественного договора, применительно к текущему этапу новейшей истории, а также перспективам ее развития ради стабилизации социально-политической жизни в России.

 

Организаторы: Международный Союз Юристов, Российская академия естественных наук

 

 

Тезисы для обсуждения

 

Выход из развивающегося сегодня цивилизационного кризиса и его конкретных проявлений в России, нам видится в формулировке целей и задач государства перед своими гражданами в форме Общественного договора.

 

Этот термин имеет довольно широкую трактовку, исследование которой выходит за рамки данной статьи. Необходимо отметить, что в данном случае мы наделяем его несколько иным смыслом - главенством интересов общества над интересами личности, ради перспективы развития цивилизации. Тем самым мы утверждаемприоритет будущего над сиюминутным. Это также означает главенство интересов общества над интересами государства, если они вдруг случайно не совпадают... Поэтому для легитимности государства, с его стороны необходима ясно выраженная декларация защиты интересов общества. Для этого необходимо сформулировать не только эти самые интересы, но и способ их воплощения во временной перспективе. Социальный строй в этом случае выступает в качестве инструмента защиты этих интересов, и не может быть самодостаточной ценностью.

Может показаться, что эти функции должна выполнять Конституция. Но по тексту видно, что создавалась она не для этого, поскольку оговаривает лишь права и свободы личности, гарантируемые государством. Произошла подмена понятий – ведь интересы общества не исчерпываются самим существованием государства. Оно лишь инструмент для воплощения этих интересов. Государство взаимодействует с гражданином через систему внешнего принуждения. Но, общество может взаимодействовать с гражданином, обходясь без внешнего принуждения, создавая моральную среду, в которой член общества сам формирует рамки своего поведения. Это сложный механизм, относящийся к культурным особенностям общества. Развивая модель толерантности, или по-русски «равенства», всех культур внутри отдельной страны, в ней намеренно уничтожается механизм влияния общества на индивидуума без системы внешнего принуждения. При этом, чем слабее моральное влияние общества на своих представителей, тем более жесткой должна быть система внешнего принуждения, тем менее легитимной она становится в глазах общества.

Борьба с ограничением свобод личности, в западном мире принимает все более гротескные черты. Тезис демократии постепенно подменяется тезисом либерализма. Деятельность «правозащитных» организаций становится все более заметной за счет внимания СМИ, которое позволяет якобы ущемленным меньшинствам занимать непропорциональную их численности долю в медийном пространстве. Это заметное движение в сторону все возрастающей естественной свободы, само по себе разрушает общественные договоры стран, втянутых в этот процесс. Что само по себе уничтожает и  делегитимизирует институты государства.

Противопоставление интересов общества и государства может повлечь обвинение в пропаганде анархии. Поэтому необходимо коснуться формулировок. Анархия, по-гречески «безвластие» – есть отсутствие в обществе централизованной насильственной власти. Сами приверженцы определяют анархию, как исполнение гражданами законов без внешнего принуждения, лишь по внутренней потребности, проистекающей из сферы бессознательного. Ведь по здравому размышлению, без ограничения так называемых «естественных свобод личности», жизнь этой самой личности была бы опасной, жестокой и короткой. Без этого мы бы жили в состоянии, где у каждого есть «право на все», в перспективе означающее бесконечную войну всех против всех.

В этом анархия должна быть тождественна состоянию верующего человека. Существование такой формы безвластия - продукт высокоразвитого сознания. На современном этапе это, разумеется, идеал, который в реальную жизнь воплотиться не может, поскольку является утопией. Единственным вариантом для него являются замкнутые общины, близкие по своей организации старообрядческим поселениям. Члены такой общины не испытывают внешнего принуждения, пока не нарушают одно из неписанных установлений.

Необходимо помнить, что современный анархизм, как идеология родился на Западе. Знаменитая формулировка «Анархия – мать порядка!» была впервые произнесена в середине XIX века французским публицистом, экономистом и социологом Пьером Джозефом Прудоном. Лозунг принято вышучивать. Однако он не является противоречивым. Анархия не подразумевает в себе хаоса. Просто это структура более высокого уровня организации, где принуждение личности не приходит извне, а выходит изнутри. Подчеркнем, что анархия, это сугубо западное мировоззрение. Западное, потому что человек как единица, в нем противопоставлен государству, как целому. Современные последователи учения считают, что хорошим анархистом, может быть только убежденный индивидуалист. Такое упрощенное понимание с радостью используется сторонниками финансового глобализма, которым необходимо полностью размыть и уничтожить инстинкт самосохранения народов.

Кто-то может сказать, что поскольку само понятие общества размыто, постольку и его задачи не могут быть сформулированы. Но, можно сказать, что и понятие государства также размыто, если не принимать во внимание государство, как совокупность властных инструментов – ветвей власти, которые образуют его через свое взаимодействие. Если государственные органы власти формируются через представительство, то и задачи общества развернутые в перспективу также могут формулироваться через представительство. Вопрос решается созданием необходимых инструментов. Первой инициативой может стать Общественный договор. Его форма – это предмет долгого и пристального обсуждения.

Приверженцы либерализма, заботясь о расширении свобод личности, опираются на статьи конституции, которые закрепляют права граждан. В тоже время второй президент США Джон Адамс однажды, заговорив о свободах, предоставленных американцам, сказал: «Наша (американская)  Конституция  составлена только для нравственных и религиозных людей. Для всех остальных она непригодна». Или, словами Эммануила Канта – «Звездное небо над нами и нравственный закон внутри нас».

Пропаганда расширения прав личности, базируется на довольно простых подсознательных мотивациях, относящихся к инстинктивному поведению еще дочеловеческого происхождения, которые можно сформулировать как «чувство собственной важности». Потакание этому чувству, с точки зрения развития личности, многими мировыми религиями отмечено как вредоносное. Так в христианстве на первое место по тяжести среди семи смертных грехов поставлена гордыня, а в буддизме главным омрачением сознания признан эгоизм. С точки зрения светской морали, также нельзя сказать, что потакание гордыне или эгоизму может вести к процветанию общества. Исторических примеров предостаточно. Именно поэтому пропаганда естественных свобод в качестве самоценности, не кажется случайной. Поэтому сопротивление ей со стороны традиционных культур естественно.

Со времен законов Хаммурапи, вслед за развитием сознания человека изменяются и формулировки Общественного договора. Среди его ранних форм можно вспомнить - «Приходите и владейте нами», в отношении призвания дружины варягов, или письмо магистра тамплиеров Генриху Третьему Английскому - «Пока ты справедлив, ты будешь править». Поэтому нет ничего удивительного, если конституции дорабатываются и уточняются. Конгресс США, например, постоянно занят обсуждением очередной поправки. Но, если Хартия вольностей преследовала целью ограничение королевского абсолютизма, то конституции современного типа идут дальше, формулируя задачи государства.

В первой конституции современного типа - конституции США, договор с государством сформулирован так: «Мы, народ («We the people»), в целях образования более совершенного Союза, утверждения правосудия, обеспечения внутреннего спокойствия, организации совместной обороны, содействия общему благосостоянию и обеспечения нам и нашему потомству благ свободы, учреждаем и принимаем эту Конституцию для Соединенных Штатов Америки». В теории общественного договора, получившей развитие в трудах Томаса Гоббса, Джона Локка, Жан-Жака Руссо, Монтескьё и других философов эпохи Просвещения, обеспечение безопасности было главным пунктом, который делегировался государству гражданами, обладавшими изначальной «естественной свободой». Здесь важно отметить, что субъектом Конституции США является народ в целом. В ней отсутствует отдельная глава о правах и свободах граждан, которая есть в большинстве современных конституций, поскольку создатели Американской Конституции считали, что основные права личности уже учтены. При обсуждении этого отмечалось, что принятие отдельного Билля о правах — это практика прошлых столетий, когда короли перечисляли в хартии лишь те права, которые собирались даровать народу. Кроме всего прочего в Конституции США нет ни слова о демократии.

Если сравнить все это с первым и главным разделом Конституции РФ – формулировкой конституционного строя, то налицо очевидное сходство. Однако заметна не четко выраженная субъектность. Ведь «Мы, народ», это не только совокупность людей, граждан, но и культурная общность, то есть понятие не только представляющее традиции ее членов, но и вектор, направленный в будущее. В конституции США этот вектор сформулирован следующим образом:«…в целях образования более совершенного Союза, утверждения правосудия, обеспечения внутреннего спокойствия, организации совместной обороны, содействия общему благосостоянию и обеспечения нам и нашему потомству благ свободы, учреждаем…».

В Конституции РФ вместо декларации развития государства и общества в будущее находим вполне поэтические, но лишенные конкретики строки:

«…соединенные общей судьбой на своей земле,

утверждая права и свободы человека, гражданский мир и согласие,

сохраняя исторически сложившееся государственное единство,

исходя из общепризнанных принципов равноправия и самоопределения народов,

чтя память предков, передавших нам любовь и уважение к Отечеству,

веру в добро и справедливость,

возрождая суверенную государственность России

и утверждая незыблемость ее демократической основы

стремясь обеспечить благополучие и процветание России,

исходя из ответственности за свою Родину перед нынешними будущими поколениями,

сознавая себя частью мирового сообщества,

принимаем Конституцию Российской Федерации».

То есть кроме территориальной целостности, других глобальных идей, ради которых существует государство, не приводится. Получается, что смысл его существования в самом его существовании. Эту мысль также подчеркивает фраза «стремясь обеспечить благополучие и процветание России». А ради чего? Какое отношение к благополучию России имеет ее народ, пусть даже многонациональный? Ведь государство – это инструмент, надстройка. Согласно Статье 1, части 1, Россия, или Российская Федерация - есть демократическое федеративное правовое государство с республиканской формой правления. А для чего выбрана эта форма правления? Далее в Статье 2 содержится: «Человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина — обязанность государства». Но опять, же ничего не сказано о защите прав и свобод народа, главными из которых являются, по самым простым понятиям, благосостояние его, и его потомков.

Из этого узкого места выходят и другие целевые несоответствия. Например, Статья 75, Часть 2: «Защита и обеспечение устойчивости рубля — основная функция Центрального банка Российской Федерации, которую он осуществляет независимо от других органов государственной власти». А если для благосостояния народа потребуется снизить этот самый курс рубля? Это будет нарушением Конституции? Причем это не цепляние к словам. Для экономистов не секрет, что при активном экспорте промышленных товаров, снижение курса внутренней валюты государству чрезвычайно выгодно. Оказывается, в данном положении мы не можем пенять на жесткую политику ЦБ не желающего снижать ставку рефинансирования, ради стимулирования внутреннего производства, повышения занятости населения и в целом повышения его благосостояния.

Далее. Действующая редакция Статьи 28 Конституции РФ - "Каждому гарантируется свобода совести...", звучит настолько двояко,  что  дискредитирует совесть как моральную категорию, ибо придает ей характер необязательности, наравне с необязательностью какого-либо вероисповедания. Освобождая человека от того, что не оговорено, такая формулировка (пускай и скопированная из Советской конституции), отметает традиционные для большинства граждан, хотя и неписаные нормы. Что не запрещено, то разрешено? Неаккуратность формулировок основного закона отражает нравственную безответственность, лежащую, в том числе и в основе коррупции.

Главное упущение Конституции РФ – она регулирует отношения государства и гражданина, но не регулирует отношение государства и общества, как совокупности граждан, и соответственно, не отражает интересы общества, поскольку эти интересы гораздо шире интересов единственного гражданина. Конституция не учитывает развитие прав гражданина в будущее, за пределы срока жизни одного человека, то есть не учитывает его интересы в отношении потомков.

Считаем, что для преодоления кризиса общественного самосознания на современном этапе совершенно необходимо сформулировать четкий и доступный, понятный и одобряемый большинством российского общества образ будущего. Возможно, уже само это обсуждение сформирует в обществе понимание путей его развития, его целей и способов их воплощения. Это поможет возродить ответственность к исполнению своих обязанностей не только представителями исполнительной власти, но и каждым из нас в своей повседневной жизни, обеспечив тем самым уважение потомками нынешнего поколения живущих.

 

Проект резолюции:

Участники круглого стола положили начало обсуждению теории Общественного договора применительно к текущему этапу новейшей истории, а также перспективам ее развития ради стабилизации социально-политической жизни в России. Подчеркивалась возможность современного осмысления этой теории для улучшения взаимопонимания правящих элит и сознательных самоопределяющихся частей общества, которые сегодня приятно называть гражданским обществом. В ходе обсуждения была подтверждена необходимость уточнения смысла терминов часто применяющихся в общественно-политической сфере, и которые лежат в основе важнейших законно-правовых актов, как в России, так и в мире. Затронута проблема необходимости уточнения субъектности, которая является недосказанной, как в основном законе страны – Конституции, так и в ходе диалога правящих элит и общества. Участниками выражена надежда, что продолжение широкого публичного обсуждения теории Общественного договора способно помочь обществу сформулировать его жизненные мотивации, а также обрисовать образ будущего, который должен быть паритетно принят и обществом, и государственным аппаратом.

 

Оргкомитет круглого стола

Партнёры